lebo35 Лев Бондаревский (lebo35) wrote,
lebo35 Лев Бондаревский
lebo35

Category:

Бронислав Май. Выходя утром...

Бронислав Май.
***
Wychodząc rano, niby przypadkiem, zostawiła…

Wychodząc rano, niby przypadkiem, zostawiła
darowane konwalie i ciągle napełnia pokój
mrocznym zapachem ta noc. Wypełniony,
patrzę teraz na harującą od świtu Wisłę:
robotnicy ciągną przez śluzę barkę z węglem -
ich ruchy niezbędne i skuteczne, mówią,
ile trzeba, żeby się zrozumieć, czasem tylko
gest ręki. Barka odpływa ciężko wypełniona
swoim sensownym ładunkiem. - Jeżeli mimo to
będę pisał wiersze: tylko słowa niezbędne,
by się porozumieć, proste fakty: rzeka,
zapach kwiatów, ruch ręki zrozumiały
dla dwóch ludzi i tego, kto
na nich patrzy. To jest
wszystko. I tylko to
nas nieskończenie przerasta.

Выходя утром, она как будто случайно оставила
подаренные ландыши, и до сих пор комната
в тёмном запахе этой ночи. Наполненный ей ,
я смотрю на Вислу, она с рассвета в труде:
рабочие тянут баржу с углем через шлюзы -
их движения необходимы и успешны, они говорят
сколько нужно, чтобы объясниться, иногда делают
жест рукой. Баржа тяжело отплывает, наполненная
своим разумным грузом. - Если всё-таки
я буду писать : то лишь слова, необходимые
чтобы объясниться, простые факты: река,
запах цветов, движение руки, понятное
для двух человек и того, кто
на них смотрит. И это
все. И только это
нас бесконечно перерастает.
***
To miejsce, w którym tak kochałem…

To miejsce, w którym tak kochałem: młodniak -
biegaliśmy wciąż widząc nad drzewkami swoje głowy -
jest wysokim lasem. Jest ciemno. Nie widzę: wyjść,
jak najprędzej stąd wyjść. Na słońce, na drogę,
która cała jeszcze przede mną, to tylko jej początek tam
został. “Kochałem” znaczy: “będę kochać”, nic więcej.
Nic więcej wobec rosnących młodych drzew: kochać.
I powracać: bez lęku, przystawać w lesie, który będzie
coraz wyższy, pełen wilgotnego cienia, coraz pełniejszy
cieni tych, których kochałem, jak
nigdy potem, nikogo.

Место, которое я так любил: молодняк -
мы бегали, всё время видя над деревьями свои головы -
стал высоким лесом. Темно Не вижу:как выйти,
как поскорее отсюда выйти. На солнце, на дорогу,
которая все еще передо мной, только её начало там
осталось. «Я любил» означает «я буду любить», не более того.
Ничего более растущих молодых деревьев: любить.
И возвращаться: без страха остаться в лесу, который будет
становиться всё выше, полниться влажной тенью, полнящейся
тенями тех, которых я любил, как
никогда потом, никого.

*** Ten dziwny wieczór…

Ten dziwny wieczór: siedzę w ogrodzie, sosny
jeszcze wyraźne na tle nieba, w sąsiedztwie
matki zwołują już dzieci, stukot pociągu,
oddalający się, miękki. Myślę o moim życiu
jak o czymś już zamkniętym i skończonym.
Nie chcę do niego wracać. Niczego zmieniać
ani naprawiać, czysty. Zatarta granica pomiędzy
mną a tym wieczorem: całym ciałem czuję
szelest gwiazdy, skrzyp sosen, miękki stukot
kół. Czysty, przed nowym narodzeniem i początkiem
czego? Ale czy będą tam drzewa, rosnący stukot
pociągu czy będzie wywoływał niejasne i radosne
wspomnienie tego wieczoru, czy będą tam
dzieci, matki, która z nich mnie
przywoła stamtąd, gdzie jestem, i czy to
będą na pewno sosny? - Nie potrafię
przekroczyć tego, co tu
poznałem, pragnąc czegoś zupełnie innego
niz szczecie

Тот странный вечер: я сижу в саду, сосны
ещё ясны на фоне неба, по соседству
матери уже зовут детей, грохот поезда,
отдаляющийся, глухой. Я думаю о своей жизни
как о чём-то уже закрытом и законченном.
Я не хочу возвращаться к ней. Ни менять,
ни исправлять , чисто. Стёрта граница между
мной и этим вечером: я чувствую всем своим телом
шелест звезды, скрип сосен, мягкий стук
колёс. Я чист, перед новым рождением и началом
чего? Будут ли там деревья, нарастающий стук
поезда, будет ли это вызывать смутное и радостное
воспоминание того вечера, и будут ли там
дети, матери, и которая из них меня
позовёт оттуда, где я нахожусь, и будут ли это
обязательно сосны? - не могу
перешагнуть через то, что здесь
узнал, желая чего-то совершенно иного,
чем счастье.
***


Wieczorem na Dworcu Głównym w Krakowie: troje żebrzących
Cyganiątek: z bezwiednym wdziękiem zwinnych radosnych zwierzątek
uwijają się w tłumie, znikają, nawołują w niezrozumiałej mowie.
Nie łaczy cię z nimi nic, tylko, przez moment, ciepło
monety, którą wkładasz - pospiesznie, zawstydzony - w rączkę
dumnej i pewnej siebie czterolatki; jej pobłażliwy uśmiech, spojrzenie
starsze niż ty, niż pamięć: oszałamiające przeczucie innej
rzeczywistości. I juz odbiega, widzisz podrygujacy warkoczyk, chustę,
gołe pięty: inaczej czuje zimny marmur schodów, inaczej widzi
tłum takich jak ty, słyszy nierozumiejąc komunikat
z głośników i nie wie jak jest wolna, nie wie
jak oddycha: jak lekko unieważnia i odrzuca twój
świat. A potem w kącie, w trójkę, hałaśliwie dzielą
łup; najstarszy krzyknął coś - wybiegają. Zostajesz
i wtedy nagle, aż tamujące oddech pragnienie: być
jednym z nich: bosymi stopami mocno czuć wilgoć i chłód,
chwilę uwijać sie w tym obcym biednym swiecie i wracać, już:
"już!" - krzyknąć swoim w nieznanej tu mowie, biec,
cieszyć sie jak dziecko
nieznanego
Boga.

Вечером на главном вокзале в Кракове: тройка нищих
цыганят: с бессознательным изяществом проворных радостных зверят
они вьются в толпе, исчезают, зовут на непонятном языке.
Тебя с ними ничего не связывает, только на мгновение тепло
монеты, которую вкладываешь - поспешно, смущенно - в ручку
гордой и уверенной в себе четырёхлетки; ее снисходительная улыбка, взгляд её
старше чем ты, чем память: ошеломляет предчувствие другой
реальности. А она уже отбегает, видишь мотающуюся косичку, платок,
босые пятки: она иначе чувствует холодный мрамор лестницы, иначе видит
толпу таких, как ты, слышит не понимая сообщения
из динамиков и не знает своей свободы, не знает
как дышит: как легко она отменяет и отвергает твой
мир. А потом в углу втроём они шумно делят
добычу; старший крикнул что-то - они убегают. Останавливаешься
с внезапно перехватывающим дыхание желанием: стать
одним из них: босыми ногами чувствовать влагу и холод,
повертеться минутку в этом чужом бедном мире и уже возвращаясь:
«Сейчас!» - крикнуть своим на неизвестном здесь языке, и бежать,
радуясь, как дитя
неизвестного
Бога.
Tags: Переводы.
Subscribe

  • Д.Л. Быков. Пасхальное.

    Дмитрий Львович Быков · Пасхальное …А между тем благая весть — всегда в разгар триумфа ада, и это только так и есть, и только так всегда и надо!…

  • Юрий Динабург. 05.01.28 - 19.04.2011.

    Стихи из 1945 года. ЛЮБИМЫМ АВТОРАМ Знаю ваши гордые печали, Демон вашей страсти мне знаком. Все мы бушевали и мечтали, Загорались голубым…

  • Кавафис. В ожидании варваров.

    В ожидании варваров Перевод Михаила Гаспарова. Журнал "Комментарии", № 15 (1998). - Отчего народ в перепуге? - Идут варвары, скоро будут здесь. -…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments