lebo35 Лев Бондаревский (lebo35) wrote,
lebo35 Лев Бондаревский
lebo35

Болеслав Лесьмян. Лунное упоение-1. Ночь.

Болеслав Лесьмян.
Лунное упоение -1. Ночь.


Огнем мерцает ночь, а сумрак, звёзд поклонник,
едва колышется в потоке тишины,
и мраморный луной обрызган подоконник,
где тени наших рук лежат, удлиннены.

Теперь уж виден сон, теперь уже не страшно.
Мир полуосвещен, грядёт рассветный час,
и тени наших рук как будто бы не наши,
как будто у окна есть кто-то кроме нас.

Как будто кроме нас, бессонный и влюблённый,
в мечтаниях течёт молчащих жизней сход,
и с небом связанный, и с тьмой потусторонней
дрожащий тайный быт, заоблачный народ.

Ему своей косой из серебристых прядей
льёт полночь свой поток, искрящийся во мгле.
В виденья погружён, до дна себя утратив,
в краю русалий он уже не на земле.

В лёт вольный облаков блеск жизни проникает,
бутоны их растут и набирают цвет...
И чуткая душа дрожа в себя вбирает
улётный миг чудес, восторгов полный свет.

Теперь уж виден сон, теперь уже не страшно.
Мир полуосвещен, грядёт рассветный час,
и тени наших рук как будто бы не наши,
как будто у окна есть кто-то кроме нас.

Leśmian Bolesław - KSIĘŻYCOWE UPOJENIE - I. NOC



Ogniem pulsuje noc, a mrok, ów gwiazd wielbiciel,
Ledwie kołysze się pod szumnej ciszy prąd;
Na marmur okna padł księżyca bryzg obficie,
Gdzie wydłużone drżą dwa cienie naszych rąk.

Teraz już widny sen, teraz troska nie straszna
I na wpół świeci świat, co już z półmroku wstał,
I cienie naszych rąk nam zdają się nie nasze,
Jakby przy oknie tym prócz nas ktoś schadzkę miał.

Jakby tu oprócz nas, bezsenny i miłosny,
Pośród marzenia trwał milczących istnień lud;
Wspólna ich z niebem więź i zaświatowe losy,
I tajnią drżący byt, i ponadchmurny ród.

Dla nich warkoczem swym snutych w srebrze zakrętów,
Pod północą co w skrach, strumień we mgle się ćmi,
Pogrążony w swych snach, w marzeniach swych do szczętu,
Widzi rusalny kraj, jak półsnem mu się śni.

Wolny obłoków lot, życie ich blask przenika,
Rozwija się ich pąk słyszalniej niźli kwiat...
A dusza czujna wciąż i drżąca jak osika
Chłonie ulotny dziw, pełen zachwytów świat.

Teraz już widny sen, teraz troska nie straszna,
I na wpół świeci świat, co już z półmroku wstał,
I cienie naszych rąk nam zdają się nie nasze,
Jakby przy oknie tym prócz nas ktoś schadzkę miał.
Tags: Переводы.
Subscribe

  • Бруно Ясеньски. Признание поэта.

    Jasieński Bruno - Oświadczyny poety Бруно Ясеньски. Признание поэта. О, эта Пани средь шумного зала, Парфюм которой так чудесен, В ней скрытый…

  • Юлиуш Вонтроба. Чайки на ветру.

    Juliusz Wątroba · MEWY SUSZĄ SIĘ NA WIETRZE Morza szmaragdowy bezkres Snem łopoczą fal latawce Mewy suszą się na wietrze Błękit się rozrasta w…

  • Адам Гвара. Три груши.

    Адам Гвара. ТРИ ГРУШИ Три груши дрожали ночью. Одна выдуманная, вторая не от мира сего, а третьей не было. Выдуманная приносила сладчайшие плоды.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments

  • Бруно Ясеньски. Признание поэта.

    Jasieński Bruno - Oświadczyny poety Бруно Ясеньски. Признание поэта. О, эта Пани средь шумного зала, Парфюм которой так чудесен, В ней скрытый…

  • Юлиуш Вонтроба. Чайки на ветру.

    Juliusz Wątroba · MEWY SUSZĄ SIĘ NA WIETRZE Morza szmaragdowy bezkres Snem łopoczą fal latawce Mewy suszą się na wietrze Błękit się rozrasta w…

  • Адам Гвара. Три груши.

    Адам Гвара. ТРИ ГРУШИ Три груши дрожали ночью. Одна выдуманная, вторая не от мира сего, а третьей не было. Выдуманная приносила сладчайшие плоды.…