Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

Иоанна Вихеркевич. (с дерева...)

Joanna Wicherkiewicz
Иоанна Вихеркевич.
***
Мы слезли с дерева
на асфальт улицы
прямо под колёса
летящего времени
убегаем уклоняемся
топчем зелёные газоны
совершенствуем убежища
лепим день руками творцов
всё ближе к богам
заседаем в выдуманных пантеонах
со стен афинского Акрополя
Римского Капитолия
Еврейского Иерусалима
Запретного Города
считываем неизбежный конец
этого несправедливого мира
он не возник естественным путём
и не будет длиться вечно
***
zeszliśmy z drzewa
na asfaltowe ulice
wprost pod koła
rozpędzonego czasu
uciekamy wymykamy się
depczemy zielone trawniki
udoskonalamy ucieczki
lepimy dzień rękami stwórcy
coraz bliżej bogów
zasiadamy w wydumanych panteonach
z murów ateńskiego Akropolu
rzymskiego Kapitolu
żydowskiej Jerozolimy
Zakazanego Miasta
sczytujemy samorodny koniec
ten niesprawiedliwy świat
nie powstał w sposób naturalny
nie będzie trwał wiecznie

Вислава Шимборска. Обдумываю мир, издание второе..

Вислава Шимборска.
ОБДУМЫВАЮ МИР, ИЗДАНИЕ ВТОРОЕ...

Обдумываю мир, издание второе,
издание второе , исправленное,
идиотам на смех,
меланхоликам на горе,
лысым на гребень
собакам на сапоги.

Вот раздел:
Язык Животных и Растений,
пусть для каждого вида
будет толковый словарь.
Даже простым здравствуй
обменявшись с рыбой
ты себя, рыбу и всех
живых сделаешь здоровей.

Эта , давно предугадываемая
внезапная в яви слов
импровизация леса!
Эта эпика сов!
Эти афоризмы ежа
сложенные, когда
мы уверены,что
ничего, только спи!

Время (раздел второй)
имеет право вмешиваться
во всё, зло это, или добро.
Однако же - тот, кто крушит горы,
океаны движет, и который
присутствует при кружении звезд,
не будет иметь ни малейшей силы
над любовниками, потому что слишком они нагие,
потому что слишком обнявшиеся,
с душой в испуге, как воробей в руке.

Старость для живых -это
словно мораль для злодея.
Ах, ведь все так молоды!

Страдание (раздел третий)
тело не оскорбляет.
Смерть
приходит, когда спишь..

И приснится
что тебе вообще не нужно дышать,
что тишина без дыхания
это неплохая музыка,и
ты маленький как искра,
и гаснешь в такт.

Смерть только такая. Большая боль
была у тебя от розы в руке
и сильнее испуг
от лепестка упавшего на землю.

Мир только такой. Только так
жить. И так умирать на земле .
А все иное - всего лишь Бах,
случайно сыгранный
на пиле.
*(1957)

МОЖЕТ БЫТЬ, ВСЁ ЭТО...

Может быть, всё это
происходит в лаборатории?
Под одной лампой днём
и миллиардами ночью?

Может быть, мы пробные поколения?
пересыпаемые из сосуда в сосуд,
перетряхиваемые в ретортах,
наблюдаемые чем-то больше чем глазом,
и по одиночке
выбираемые наконец пинцетом?

Можно иначе:
никакого вмешательства?
Изменения происходят сами собой
согласно плану?
Стрелка графика рисует постепенно
эти предусмотренные зигзаги?

Может, ничего интересного в нас пока нет?
Контрольные мониторы включаются редко?
Только когда война, и то, если большая,
или некоторые взлёты над грудью Земли,
или показательные прогулки от пункта А до Б?

Может быть, наоборот,
там смакуют только эпизоды?
Вот маленькая девочка на большом экране
пришивает себе пуговицу на рукав.

Датчики подвизгивают,
сбегается персонал .
Ах, что это за существо
с бьющимся внутри сердечком!
Какая серьезность
в протягивании нитки!
Кто-то восклицает в восхищении:
уведомить босса,
пускай придёт и сам посмотрит!

Obmyślam świat
Wisława Szymborska

Obmyślam świat, wydanie drugie,
wydanie drugie, poprawione,
idiotom na śmiech,
melancholikom na płacz,
łysym na grzebień,
psom na buty.

Oto rozdział:
Mowa Zwierząt i Roślin,
gdzie przy każdym gatunku
masz słownik odnośny.
Nawet proste dzień dobry
wymienione z rybą
ciebie, rybę i wszystkich
przy życiu umocni.

Ta, dawno przeczuwana,
nagle w jawie słów
improwizacja lasu!
Ta epika sów!
Te aforyzmy jeża
układane, gdy
jesteśmy przekonani,
że nic, tylko śpi!

Czas (rozdział drugi)
ma prawo do wtrącania się
we wszystko czy to złe, czy dobre.
Jednakże – ten, co kruszy góry,
oceany przesuwa i który
obecny jest przy gwiazd krążeniu,
nie będzie mieć najmniejszej władzy
nad kochankami, bo zbyt nadzy,
bo zbyt objęci z nastroszoną
duszą jak wróblem na ramieniu.

Starość to tylko morał
przy życiu zbrodniarza.
Ach, więc wszyscy są młodzi!
Cierpienie (rozdział trzeci)
ciała nie znieważa.
Śmierć,
kiedy śpisz, przychodzi.

A śnić będziesz,
że wcale nie trzeba oddychać,
że cisza bez oddechu
to niezła muzyka,
jesteś mały jak iskra
i gaśniesz do taktu.

Śmierć tylko taka. Bólu więcej
miałeś trzymając różę w ręce
i większe czułeś przerażenie
widząc, że płatek spadł na ziemię.

Świat tylko taki. Tylko tak
żyć. I umierać tylko tyle.
A wszystko inne – jest jak Bach
chwilowo grany
na pile.
Może to wszystko
(wiersz klasyka)
Wisława Szymborska

Może to wszystko
dzieje się w laboratorium?
Pod jedną lampą w dzień
i miliardami w nocy?

Może jesteśmy pokolenia próbne?
Przesypywani z naczynia w naczynie,
potrząsani w retortach,
obserwowani czymś więcej niż okiem,
każdy z osobna
brany na koniec w szczypczyki?

Może inaczej:
żadnych interwencji?
Zmiany zachodzą same
zgodnie z planem?
Igła wykresu rysuje pomału
przewidziane zygzaki?

Może jak dotąd nic w nas ciekawego?
Monitory kontrolne włączane są rzadko?
Tylko gdy wojna i to raczej duża,
niektóre wzloty ponad grudkę Ziemi,
czy pokaźne wędrówki z punktu A do B?

Może przeciwnie:
gustują tam wyłącznie w epizodach?
Oto mała dziewczynka na wielkim ekranie
przyszywa sobie guzik do rękawa.

Czujniki pogwizdują,
personel się zbiega.
Ach cóż to za istotka
z bijącym w środku serduszkiem!
Jaka wdzięczna powaga
w przewlekaniu nitki!
Ktoś woła w uniesieniu:
Zawiadomić Szefa,
niech przyjdzie i sam popatrzy!

Алексей цветков. Бортовой журнал.

Алексей Цветков
22 сентября 2016 г. · Город Нью-Йорк, Соединённые Штаты Америки ·

[старое]
бортовой журнал
I
подобно пифагорову бедру
в парилке где попутала харизма
стальные слитки выпали в бреду
из бережно живого организма
тот кто летит пока пунктирно цел
но в паузах сквозит как древний гений
лицо его луны светло как мел
сталь вниз влечет но вверх вздымает гелий
скрипи нейлоновое полотно
гроза и небо в голове громадно
ни взгляда вниз там на земле пятно
там кровь аэронавта
II
сегодня вахтенный инспектор звезд
вершитель абсолютного полета
а чуть вчера не менее чем хвост
бригадой теребили из болота
пусть пряжками определят ремни
дыру меридианам где съезжаться
едва верньер такому поверни
и горизонт шипя пошел снижаться
чу кычет в ночь снаряд из полотна
где вон какие ястребы ристали
кисть из запястья брызжет холодна
из гелия и стали
III
весь горний ум космический полип
любитель тайн в слоях фольги и ваты
шумел как миленький когда погиб
но в радиусе кляксы маловаты
вот если мозгу голова вредна
или бокам топленая лежанка
другие не настанут времена
но прежние здесь уважать не жалко
брать крайнюю и в мертвую петлю
кем в устье ног ей приспособлен листик
здесь отвинтить gluteus на лету
лови античный мистик
IV
весь компас вверх а в сторону нигде
пусть небо врозь на четверть радиана
там дева тверди в кварцевой воде
двуного спит откинув одеяла
краса небес всей радости жена
мир дар тебе в нейлоновой авоське
он выстрелен как жернов из жерла
прав хайдеггер в парилке на помосте
уже дрожат форсунки на борту
они умрут но не погаснет разум
гвоздями истекая в темноту
и благородным газом
V
раз в животе у прежних дев поет
всех поколений точная рассада
все вспоминай пиши пока пилот
как с гравия нас вечно вверх бросало
жизнь сведена к последнему звену
здесь на излете сталь а плоть прекрасна
и в горле речь и эта кровь внизу
твоя что человеку не напрасна
он лепетал из плена до сих пор
вбивай урок в пустую память чью-то
свети слепому огненный прибор
плыви ночное чудо

К.И.Галчиньски. Осёл и его тень.

Константы Ильдефонс Галчиньски
Театрик "Зеленая гусыня"

Имеет честь представить
Басню Эзопа
"Осел и его тень"


Путешественник:
(позади Владельца Осла, нанятого как средство передвижения): солнце в зените. Ни единого облака. Ни одного дерева на горизонте. Где здесь, как здесь отдохнуть ? (думает) я знаю. (он приказывает Владельцу остановить Осла и укладывается отдохнуть в его тени)

Владелец:
Ах ты, ловкач, убирайся из этой тени, эта тень моя. Я предоставил тебе Осла без тени. (пытается лечь в тень Осла)

Путешественник:
Прочь, ублюдок, халявщик! Если я нанял у тебя Осла , то со всеми его возможностями, то есть с его тенью. С места не двинусь. ( не двигается с места)

Осел:
(пользуясь ситуацией, срывается с места и - лёгко - исчезает на горизонте)

Мораль:
Бывает, тени
человеку жалко для человека,
а жизнь, как осёл, уходит..

Кабанов- Кенжееву.

Александр Михайлович Кабанов
29 мин. ·

* * *
Бахыту Кенжееву
Над Марсовым полем – звезды керосиновый свет,
защитная охра, потертый вишнёвый вельвет.
Идёшь и не плачешь, не плачешь, не плачешь, не пла…
…из холода, солода и привозного тепла.
Еще Инженерного – дынный не виден фасад,
и жизнь одинока, и это она – наугад
меня выбирала, копаясь в кошачьем мешке,
без всяческих выгод, не зная об этом стишке.
Когтистая музыка, книжное перевраньё,
попробуйте, твари, отклеить меня от неё!
Попробуйте звукопись, летопись, львиные рвы,
салат Эрмитажа, селедочный отблеск Невы!
Нас может быть трое на Марсовом поле: пастух,
и мячик футбольный, в кустах испускающий дух.
Забытый, забитый – в чужие ворота, и тот,
который звезду над воинственным полем пасёт.
Петром привезённый, с Кенжеевым накоротке,
пастух-африканец, сжимающий пряник в руке.
На Марсовом поле – трофейный горчит шоколад,
и смерть – одинока, и это она – наугад,
ко мне прикоснулась, и больше не тронула, нет.
А лишь погасила звезды керосиновый свет.